Вспомнил! Что-то звякнуло, когда передник очутился на полу. Вероятно, ключ выпал и закатился под диван или под тот же буфет. Я поспешил к Титовым, постучался.

 -  Можно. Войдите!  -  раздался слабый, страдальческий голос бабушки.

Я вошел. Комната хранила следы недавних розысков: свернутая ковровая дорожка, отодвинутый диван.

Бабушка Титова, обмотав голову мокрым полотенцем, держала на коленях Павлика и расчесывала его кудряшки. Увидев меня, Павлик заулыбался и пролепетал нечто, похожее на «дявля». Фаина Сергеевна, уже причесанная, напудренная и одетая для выхода, дала бабушке несколько наставлений и отправилась в банк, даже не удостоив меня взглядом. Что касается ключа, то его так и не нашли.

В течение следующей недели я частенько заглядывал к Титовым в часы, когда Фаина и ее супруг отсутствовали. Я забегал к ним крадучись, как настоящий преступник, и, пошептавшись с бабушкой, снова спешил в свою холостяцкую комнату. Мне казалось, что пропажа найдется, и моя незапятнанная репутация восстановится, но шло время, а все оставалось по-старому: Фаина все гак же не замечала меня, и даже пять килограммов яблочного пата, которые я преподнес через бабушку, не помогли мне снять с себя подозрения в краже. Я пытался настроиться на юмористический лад, но из этого ничего не вышло. Нервы так расходились, что я начал подумывать об обмене жилплощади.

Единственным утешением был для меня в это время Павлик. Но видел я его редко, преимущественно на кухне, когда бабушка готовила обед, а мальчик играл возле нее. Малыш предпочитал другим своим игрушкам автомобиль и бархатного мишку. Но частенько я заставал Павлика в углу за кухонной дверью. Там стоял пустой бидон из-под керосина. Ребенок почему-то интересовался этой посудиной, ощупывал ее, поворачивал, стукал. У малыша был при этом такой сосредоточенно деловой вид, что я невольно задерживался на кухне, стараясь проникнуть в глубины детской психологии.

 -  Очень странно!  -  удивлялась профессорша, она тоже заметила, что Павлик любит возиться с бидоном.

 -  Павлик, поди-ка сюда!  -  обратилась профессорша к мальчику.  -  Поиграй с мишкой! Где он у тебя?

Павлик поднял с полу бархатного мишку, заботливо прижал его к себе и опять устремился к бидону.